экспериментирую
хотелось его писать и писать, и не потому, что не хотела/не могла закончить, а как-то... привязалась, и отдушина такая.
слив какой-то, каждый вечер. не только вечер, но.

Предпоследнее

Это снова не я, это снова не ты в передышке от старых агоний; только солнце, смотри, повернуло с пути и теперь согревает ладони. На померкнувших строках тревожно вода, до сих пор извиваясь, застыла - и исчезла, опять не оставив следа на усталых от точек чернилах. Я пишу тебе вскользь и почти невзначай (междустрочье наполнено смыслом, ты его, темный гений, поди разгадай), на странице хихикают числа, а перо торопливо сбивается с ног и несется, запутавшись в буквах, и не ждет, пока я позабуду, что мог написать тебе приторным утром. Ведь ты спешки не любишь, но мне много лет как промедлить - практически сдохнуть. читать дальшеИ поэтому я допишу свой ответ (но не буду достоин небрежного "нет", и надолго уляжется пропасть между нами, как будто лет двадцать назад - я того позабыть не намерен) и вернуться забуду в свой маленький ад, где как будто закончился старый расклад, только демоны вдруг осмелели.
Моя речь уже дольше, чем помню я сам, изливается в холод бумаги. Ты молчишь и не веришь моим чудесам, хотя будто бы подняты флаги, и, казалось, исхожены наши пути, и теперь все останется в прошлом. Но уж если бежать - я не смею брести. А тебе и от этого тошно. И ты злишься, кричишь - у меня в голове, не давая минуты покоя. А мне только и радости в этой весне, как твое недобитое горе... Мне хотелось когда-то границы найти - чтобы четко, легко, несомненно. А теперь я почти умоляю: шути. Пусть иное покажется бренным, лишь бы стерлась граница меж явью и сном, как когда-то сотрутся и письма, и ты будешь опять с этим злым торжеством на лице изворачивать мысли - те, что я доверял, запечатывал, слал (сам спросил бы, с какой это стати). Я измучился вечно топтать пьедестал - мне хватило б и края кровати.
Но ты и не одаришь пустой похвалой, как не кинешь пустых обещаний. Не оденешь плаща, чей кровавый подбой породит вереницу молчаний. Не откроешь ни дверь, ни побитый конверт - не подпишешь себе приговора. Через тонкие ставни протиснулся свет, но боюсь, что закончу нескоро.
А ты мой не заметишь отчаянный ход - я не стою такого везенья. Так напомни, давай, что твой образ - лишь плод неуемного воображенья.

...Много лет провоцировать старую тень, мне, наверное, послано свыше. За тяжелым окном поднимается день, наступает период затишья, когда можно часами себе представлять, как огонь поедает бумагу - только оба мы знаем, что что-то менять мне, пожалуй, не хватит отваги. Для меня милосердие только одно и жестоко, как утренний ветер: чтобы к правде придти - нет дороги иной; чтоб напомнить - придется ответить.

17.11 - 23.11